article-img
LIFESTYLE  
23/04

Квартирные дикари

Мы прячемся в однушках с полутораметровыми плазмами, когда в подъездах насрано, а за окном горят свалки

Share

“Воздух города делает свободным” — гласит старая присказка. В Средневековье крестьяне скрывались в городах, и если им удавалось зашкериться на год, Добби мог быть свободен. Прошли столетия, былой дух непокорности растворился в автомобильном смоге, а горожане превратились в одиночек-неврастеников.

Массовая городская среда возникла в России лет 50-60 назад. После ВОВ города восстанавливали силами рабочих, стекавшихся туда со всей страны. Тысячи людей ютились в бараках. Когда Хрущев приказал расселить трущобы, он не учел того факта, что селяне к жизни в бетонных коробках не готовы. Лимитчики, привыкшие к сортирам типа “очко”, поначалу пугались громыхающих унитазов. Лифты обходили стороной. На новеньких балконах обустраивались курятники. Отдельные умельцы умудрялись разводить в квартирах поросят. Сало — оно и в городе сало. Страшно представить, что запрет на содержание скотины в городах введен только в 1958 году. На деле игры в ферму продолжались до 1970-х. В провинциальных городках такое можно увидеть по сей день. И как и прежде, урбанизация идет за счет жителей села, а мы живем в городах без горожан. 

Город-тиран

Мой дед, за 80 лет ни разу не покинувший родного хутора, сравнил город с загоном для человеческого скота. Зажатой между ипотекой и кольцевыми магистралями биомассой проще управлять. Биомасса послушна и аморфна. Она безвольна и не способна к сопротивлению. Во время событий на Болотной свой протест выразили 1% горожан. Их проход по центру прославился как “шубная” или “айпадная” революция. После прогулки на морозце протестующие рассосались по ресторанам и барам. Ни факелов, ни вил, ни штурма Кремля.

Город — как большой брат. Он надзирает тысячью глаз-камер. Он контролирует сливные бачки счетчиками-бегунками. Наконец, он диктует свои правила. Из недавнего — поправки Минтранса, вводящие туеву хучу ограничений на проезд в метро. Мамашам запретили входить с колясками. И что теперь? Не рожать? Или материнским капиталом разрешат расплачиваться в такси? Попрошайки и гадалки тоже запрещены, но есть ощущение, что они-то как раз никуда не денутся. Мы ближе к тоталитарному Китаю, чем к Западу. Китайские города похожи на муравейники сатаны. Чтобы хоть как-то упорядочить городской хаос, китайцы, например, придумали мочить струей воды дерзких пешеходов, рискнувших перейти дорогу на “красный”. За прочие нарушения списываются баллы с личного профиля гражданина. А от количества баллов зависят премии, отпуска и кредиты.

Город-одиночка

Город возник как противовес сельской общинности. В урбанистической реальности индивидуализм стал частью каждого из нас. Еще в послевоенной Москве жили, пили, рожали и хоронили всем двором. Колоритные ассирийцы, бог знает как осевшие в столице, жарили на вертеле целого быка прямо в жилых кварталах, но кто это сейчас помнит?

Зайдите в любой такой дворик в районе ЦАО. Хрена с два! Ворота при въезде, домофон в подъезде, бронированная дверь в квартиру, за которой часто еще одна — с цепочкой. Камеры по периметру. Во многих падиках храпит консьержка, которая не столько караулит, сколько собирает сплетни. Раньше такую роль выполняли бабушки у подъезда. А теперь им некогда, у них курсы компьютерной грамотности, танцы и скандинавская ходьба.

Город-сноб

Современные города теряют связность, разбиваясь на райончики и гетто. Москва целостна лишь внутри кольцевой линии метро, где городская среда утрамбовывалась веками. Прочие районы, размером с Орел или Пензу, выглядят рабоче-крестьянским довеском к неоновой сердцевине. Каждое утро центр высасывает в свои стеклянные офисы миллионы тонн человеко-планктона, а вечером выплевывает использованный биоматериал обратно в бескрайнее море панелек.

Город разделился на клиентов “Азбуки вкуса” и нищебродов из “Fix Price”. Мы слабо представляем, как и чем живут другие районы. В свое время Южное Бутово и Бирюлево стали нарицательным. Только ленивый не шутил про местных гопников. Вечные кавээнщики Светлаков и Брекоткин даже делали комедийное шоу с одноименным названием, выстебывая быт типичного жителя московских окраин. На самом деле и Бутово, и Бирюлево давно превратились в симпатичные райончики. Как-то подзабылся скандал двухлетней давности, когда столичная богема с Патриарших обзывала шумевших под окнами гостей с окраин “бирюлевской саранчой”, потребовав очистить “Патрики” от быдла. 

Город — наш?

А потом эти люди, которые напыщенно называют себя москвичами, не смогут указать вам путь к Третьяковке, стоя в ста метрах от нее. Моя тетушка всю жизнь проторчала в Питере и ни разу не была в Эрмитаже. “А шо там ловить? — ворчала она в ответ на мои упреки. — Школьникам, может, интересно, а я после смены”. После чего тетка выпивала литр кефира и засыпала под бормотание пузатого телеящика. История повторилась с моим корешем с Комендантского. Серенькие питерские задворки, где непременно хочется выпить. “Может, махнем на Невский прогуляться”, — предложил я, не в силах влить в себя очередной стакан. “Ну давай”, — безразлично пожал плечами друг. Мы приперлись в центр города, где суетятся скопища китайских туристов и где можно заказать свой экспресс-портрет за 300 рублей. Вернулись мы на Коменду, и я понял, почему питерцы отдали центр на откуп туристам. Потому что под Пикассо с Рубенсом особо не отдохнешь. А вот бар, киношка, бильярд, бассейн, скверик для шашлычка — лишними не будут.

Будущее за городом, открытым для людей. Урбанизм, мать его. Инженеры-романтики уже проектируют города-острова, города-сады, города, по которым приятно гулять. А сейчас? Посмотрите в окно — машины у подъезда, машины на детской площадке, машины в сквере, машины на машинах.... Почему 146% пространства занято машинами, которые есть только у 30% горожан? Остальные ждут, когда и им перепадет кусочек городской среды для пеших прогулок, велосипедов, гироскутеров, сигвеев и прочих ништяков.

Несомненно, каменные джунгли дико бесят. Бесят пробки, бесит суета, бесят офисные зомби, гики и бомжи в метро. А как ни крути, к городу прикипаешь. Город из кучи домов и людей превращается в особый стиль жизни, где есть кофе-на-вынос, бизнес-ланчи, фитнес и сакральные походы в торговые центры по выходным. Город, конечно, помойка, но ничего лучше еще не придумано. Нам надо вернуть города себе. Ни мэр, ни префект, ни кто-то еще не могут решать за нас, как нам распоряжаться своим пространством. И да, город — наше общее пространство. Мир не заканчивается за порогом однушки в Черемушках, куда удалось впихнуть полутораметровую плазму, плейстейшн и полы с подогревом. Иначе получается, что мы прячемся в квартирках-дворцах, когда в подъездах насрано, а за окном горят свалки. Мы — миллионы квартирно-пещерных дикарей. Нам надо полюбить свои города, какими бы неказистыми они ни были. Давайте наконец узнаем соседей по лестничной клетке, по падику, по двору. А главное — будем думать как город, действовать как город, станем городом.

ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ АВТОРА

ЗАЛЕТАЙ!

умеем отправлять интересные дайджесты на почту раз в неделю

введите чей-нибудь мэйл

Сайт использует IP адреса, cookie и данные геолокации Пользователей сайта, условия использования содержатся в Политике по защите персональных данных.

© 2019 This Is Media

Издание «ThisIsMedia» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ( Роскомнадзор ) 20.07.2017 за номером ЭЛ №ФС77-70378
Учредитель: ООО "ОрденФеликса", Главный редактор: Савицкий А. А.

Для лиц старше 18 лет