article-img
КУЛЬТУРА  
05/03

"Юморист": грустная драма о водке, космосе и бездарной публике

Вышло ли новое российское кино о советском юморе и цензуре смелым или беззубым? Рассказывает Александр Сорге (осторожно, возможны спойлеры)

Share

Для тех, кто живет на куске земли "от тайги до британских морей", юмор всегда был препаратом, который нужно принимать дозированно и строго по инструкции. Над одним посмеяться можно, а над другим шутить никак нельзя. О том, как юмор влияет на людей и власть, попытался рассказать фильм "Юморист", вышедший в прокат 1 марта.

Осточертевший анекдот

Фильм Михаила Идова — об обласканном властью сатирике Борисе Аркадьеве, который раз за разом произносит на публике уже осточертевший ему самому монолог про пляжную фотографию с макакой Артурчиком. На первый взгляд, "Юморист" может показаться аллюзией на современную действительность. Еще до премьеры продюсеры ленты заигрывали с миллениалами, пытаясь сыграть на протестных настроениях и актуальной нынче теме государственной цензуры. Рэпер Face выпустил одноименный трек, Юра Дудь пригласил режиссера на дружеский разговор, а Данила Поперечный перед премьерой побеседовал о картине с Геннадием Хазановым. Расчет сработал: благодаря параллелям с советской эпохой биты Фейса весьма органично вписываются в ретроантураж. Однако правда в том, что фильм вообще не про цензуру или свободу слова. Главный герой не бегает по инстанциям в отчаянных попытках "залитовать" материал — о советской бюрократической машине упоминается лишь вскользь.

Драма поставлена в декорациях позднего СССР. Но если вы идете в кинотеатр, надеясь увидеть зверства чекистов, которые затыкают сатирику рот, то я вас огорчу: их там нет. Кровавые гэбисты выступают лишь как атрибуты эпохи, с которыми просто приходилось мириться, к ним не испытываешь ни жгучей ненависти, ни отвращения. Они нужны лишь как лабораторные крысы — используя их, автор показывает воздействие сатиры на власть и пытается объяснить, почему государство так боится шуток в свой адрес.

image

Кадр из фильма "Юморист"
Источник фото: пресс-служба "Централ Партнершип"

Ведь для любой власти враг, мнимый или реальный, не так страшен, как сатира. С неприятелем можно побороться, поиграть мускулами, показать силу: борьба только укрепляет образ могучего Голиафа. Юмор же как эстрадный софит, под прямым лучом света которого обнажается истинный лик богатыря: усталое, испещренное старческими морщинами лицо, несуразные жесты и абсурдные маразматичные реплики. Обрюзгшее тельце с обвисшими мышцами, которое функционирует только благодаря поддерживающим его органам. А поэтому свет этого софита нужно пропускать через цензурный фильтр, чтобы он был мягким, обволакивающим. Таким, чтобы в его лучах проявлялись лишь добрый оскал улыбки, "бронза мускул и свежесть кожи".

Сила зубастой сатиры раскрывается в кульминационной сцене в бане, которая уж слишком напоминает античный амфитеатр, а зрители римских патрициев в тогах: герой своим дерзким, незалитованным монологом сражает могучего седовласого Генерала.

image

Кадр из фильма "Юморист"
Источник фото: пресс-служба Централ Партнершип

В "Юмористе" вообще ощущается какой-то пелевинский дух, легкий налет сюрреализма: от метафоричной сцены в бане до диалога с трансцендентным космическим богом. Космос же тонкой красной линией идет через весь фильм: герой курит сигареты "Космос" и принимает "таблетки для космонавтов", чтобы протрезветь перед выступлением.

Как шутить так, чтобы тебя слушали

"Юморист" позиционировал себя как послание поколению Поперечного от поколения Хазанова. От тех, кто помнит, каково это — бояться сесть за анекдот, — тем, кто только начинает это осознавать. Но вы не найдете здесь зеркало эпохи: все аллюзии к реальным событиям довольно пространны, а все совпадения, как говорится, случайны. Фильм Идова действительно оправдывает свое название — это монолог юмориста. Кому-то этот монолог покажется затянутым и нудноватым, но такое ощущение скрашивается неплохой операторской работой и саундтреком (не волнуйтесь, русский рэп звучит в фильме лишь после титров). Эта лента не о цензуре, а о вечных, "космических вопросах". Вопросах, которые Борис Аркадьев через микрофон задает товарищу Богу: "Той ли дорогой я иду? То ли я делаю? Заслужил ли я то признание, которое имею?" Ответов не знает ни главный герой, ни Бог с позывным Топаз-11. И поэтому здесь принято глушить сомнения водкой. Водка и космос — это и есть настоящая русская идея, как подметил концертный директор Аркадьева.

Но главный вопрос, который поднимается в картине, — это вопрос выбора. Выбора, перед которым встает любой творец в любые времена: делать так, как ты считаешь правильным, как ты хочешь, но оставаться никому не известным очкариком Гринбергом из начала фильма, работающим за гроши, или пойти на компромисс с самим собой и давать людям то, что они от тебя хотят. Сатирик Аркадьев выбрал второе: стал нормальным человеком, с деньгами и каким-никаким признанием. Ведь вкусы широкой публики не особо меняются со временем — она всегда хочет ту самую пошловатую, легко перевариваемую юмореску про пляжную фотографию с макакой Артурчиком.

популярное

умеем отправлять интересные дайджесты на почту раз в неделю

введите чей-нибудь мэйл

Сайт использует IP адреса, cookie и данные геолокации Пользователей сайта, условия использования содержатся в Политике по защите персональных данных.

© 2019 This Is Media

Издание «ThisIsMedia» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ( Роскомнадзор ) 20.07.2017 за номером ЭЛ №ФС77-70378
Учредитель: ООО "ОрденФеликса"

Для лиц старше 18 лет