article-img
GONZO  
24/09

Что такое осень — это постпанк!

Простуженный и похмельный Данила Блюз написал краткий обзор на самое депрессивное время года в самой депрессивной стране

Share
58

В России жить и так тяжело, а как осень наступает, так это вообще — ложись сразу и помирай. Нет на свете ничего тяжелее и невыносимее русской нашей осени и не родился на свет еще такой постпанк, который в полной мере бы отразил всю бездну ее ужаса.

Осенью Россия делается более обычного черна, грязна и неприветлива. С небес моросит мерзкий чахоточный дождь, от которого моментально заболеваешь пневмонией, внизу под ногами земная твердь размокает в густую липучую грязь, а посредине — Россия, черно-белая и тоскливая, будто фильм какого-нибудь Алексея Германа. Как болезнь истощает человека, так и осень выпивает из действительности все цвета. Будто мертвые, поеденные туберкулезом вены в легких, испещряют небо черные ветки деревьев. Лежит Россия в соплях, грязи, заваленная коричневой листвой, как простуженный завален сопливыми салфетками.

Выглядывает русский человек в окошко, видит перед собой черную, полуразложившуюся Россию, да сразу же в это окошко и выпрыгивает вниз головой. Чтоб уж наверняка.

Иные граждане прямо с утра, не успеют еще глаз разомкнуть, нащупывают на тумбочке у кровати среди очков, таблеток и капель для носа револьвер, взводят курок и выстреливают себе в висок. Потому что невозможно жить дальше, как представишь, что надо вот сейчас из-под одеяла вылезать, надевать резиновые сапоги, холодный плащ и идти на промозглую сырую улицу, ехать в трамвае с такими же несчастными, а потом на работе сидеть до ночи, пить невкусный чай из пакетиков и есть бутерброды с невкусным сыром. Нет уж, лучше пустить себе пулю в лоб.

Говорят, один священник даже не считает такое самоубийство грехом и хоронит осенних суицидников не за оградой кладбища. Правда, опять же по слухам, из-за такого вольнодумства он подрался с местным архиереем и тот телескопической дубинкой выбил ему коленную чашечку.

По осени в России одни делаются из-за болезней и авитаминоза вялыми и сонными, другие же из-за осеннего обострения наоборот — лютеют и свирепеют, словно сам черт сел им на шею и погоняет раскаленными шпорами.

Небывалую живучесть осенью проявляют старики и старухи. Летом казалось, что вот-вот издохнут они в своих огородах, со всеми этими тележками и рюкзаками, кажется, будто смерть уже придушила их своей костлявой рукой, но нет, ничего подобного! Второе дыхание пробуждает в них дьявол, и умирающая вчера бабка уже сегодня кипятит банки, вся в пару и клубничном дыму, закатывает тонны огурцов и помидоров, вместе с компотами и вареньями.

Всю оставшуюся зиму эти несгибаемые трухлявые мумии тратят на поедание своих солений и мерзлой картошки из погреба в гараже. Весною же старики вновь затачивают лопаты и тяпки, седлают свою верную тележку с колесиками и мчат на садово-огородное поле боя.

Осенью в моду входят пальто и плащи, а значит на улицы выползают из своих сырых подвалов эксгибиционисты. Часами стоят они, в одних плащах на голое тело, продуваемые промозглым ветром в подворотнях и зассанных арках в ожидании жертвы. Как правило, бедные дрочилы обречены умереть от туберкулеза или воспаления легких. В предсмертном горячечном бреду мечутся они, обливаясь холодным потом, за неуловимыми галлюцинациями и теребят свои вялые отмороженные писюны.

Не обходит стороной обострение и полицейских. В летней форме должны они сидеть в тщедушных, свистящих от сквозняков бобиках и ловить бандитов. Менты от злости и холода скрежещут зубами и поэтому ловят вообще всех без разбору, плевать кто ты: студент-очкарик, дед-ветеран или мамаша на сносях — в отделении разберутся. А в отделении тепло, там в сейфе водка и бушлат на батарее греется. А статья для каждого найдется, был бы человек, как говорится.

Бандиты в этом отношении куда мудрее. Все лето они работают не покладая рук, грабят, обманывают, продают наркотики, а по осени улетают вместе с перелетными птицами куда-нибудь на юга и там красиво тусуются до Нового года. В городе остаются только самые тупые гопники и вместе с ними самые тупые птицы — голуби.

Осенью хорошо жить только сраным поэтам, потому что для поэта, чем хуже — тем лучше. Обычно у поэтов сразу и осеннее обострение, и депрессия, и чахотка с туберкулезом. Иной бы давно вздернулся на ближайшей, костлявой, как длань смерти, осиновой ветке, а поэт нет, поэт терпит все это. Даже нет, не терпит, а наслаждается всем творящимся осенним ужасом. Вспотевший, с красными болезненными щеками бегает он со своим блокнотиком и что-то все пишет и пишет туда. Иногда поэта бьют прохожие за излишнюю жизнерадостность, но и в этом случае поэт не унывает, а побитый, лежа в грязи, тут же достает блокнот из-за пазухи и начинает переломанными пальцами писать стих о безжалостной толпе и одиноком непонятом художнике.

Осень — это уныние и чума, чувство вселенского одиночества как никогда обостряется осенью, и вынести его под силу только самым сильным. Осень проводит естественный отбор среди нытиков — сильные остаются, слабые умирают... Осень нужно переживать, как героиновую ломку. Для этого следует запереться в квартире с запасом водки, быстрорастворимого куриного бульона, кошкой и дискографией The National. Включаете музыку, залезаете под одеяло и лежите, а когда становится особенно плохо — делаете глоток водки и гладите кошку. И так до тех пор, пока не включат центральное отопление и первый снег не укроет эту ужасающую грязную черноту.

READ. WATCH. FUCK OFF.

👉👌

умеем отправлять интересные дайджесты на почту раз в неделю

введите чей-нибудь мэйл

Сайт использует IP адреса, cookie и данные геолокации Пользователей сайта, условия использования содержатся в Политике по защите персональных данных.

© 2018 This Is Media

Издание «ThisIsMedia» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ( Роскомнадзор ) 20.07.2017 за номером ЭЛ №ФС77-70378
Учредитель: ООО "ОрденФеликса", Главный редактор: Суслопаров С. А.

Для лиц старше 18 лет