thisis media
article-img
GONZO  
12/12

Как я стал синтоловым алкоголиком

Данила Блюз — о том, как благодаря бодимодификации бабы стали цепляться за его член, как пираньи

Данила Блюз
12 December 2017
8K

Главный интернет-придурок этого сезона — Кирилл Терешин, прославившийся кустарной бодимодификацией. Он превратил свои бицепсы в два шара с подсолнечным маслом. И вот на днях Кирилл не на шутку переполошил общественность. Он выложил в Сеть фото, где стоит с перебинтованными руками, и заявил, что “базук” больше нет. Охочие до хайпа СМИ сразу же раструбили весть об операции, как вдруг Кирилл ошеломил подписчиков, сообщив, что операции не было. “Базуки живы, базуки будут жить!!!!!!!!” — написал юродивый на своей странице в соцсети “ВКонтакте”. Большинство, конечно, качает головой, глядя на то, как дурачок дешево и быстро пытается словить хайп. Но можно ли винить его? Главный принцип хайпа — куй железо, пока горячо, лайки крутятся, лавэха мутится! По словам Кирилла, в день он зарабатывает на видеообращениях, сигнах и прочей чепухе, которая нормальному человеку не нужна и задаром, по 20-30 тысяч рублей. Народу нравится! Раньше, чтобы прославиться, нужно было сыграть в кино, выдать стахановскую норму в шахте, убить и съесть полсотни человек — короче, потрудиться. Кирилл не хочет трудиться, он, как Емеля на печи, нашел свою щуку — стал всемирным посмешищем и стрижет бабло.

И уж не мне винить его. Ведь в свое время я тоже занимался бодимодификацией. Для многих моих давних читателей это, наверное, будет шоком — я не настоящий алкоголик, мой внешний вид — это следствие дорогостоящих пластических операций. Расскажу обо всем по порядку.

Когда-то давно я тоже ходил в качалку, но, как и Кирилл, быстро разочаровался в бодибилдинге. Ты хоронишь свою жизнь в спортзале: должен тягать железо денно и нощно, чтобы достичь хотя бы микроскопического результата. Я плюнул на это и начал искать более легкий метод прокачать свое тело. Моей целью была не столько роскошная мускулатура, сколько кубики на прессе. Именно это было фетишем моей тогдашней дамы сердца. И я расшибался в лепешку, чтобы эти треклятые кубики появились. Но, увы, все было тщетно, до кубиков было далеко, а трахаться хотелось. И я решил сделать себе пресс с помощью пластической операции. Денег у меня было немного, поэтому я выбрал самую дешевую клинику в Сибае, где мне откачали остатки жира из живота и вставили под кожу силиконовую форму, имитирующую кубики. После операции моя подруга просто не слезала с меня, а я утвердился в мысли о том, что тяжелый труд — удел лохов, а нормальные пацаны всегда найдут способ обойти систему. 


Увы, триумф мой в образе качка был недолгим. Дешманский имплантат вдруг начал деформироваться, и со временем все кубики сплылись в один бесформенный комок. Разумеется, я тут же помчался в ту самую сибайскую клинику, но, как вы, наверное, догадались, ее и след простыл, а помещения перешли мыловаренному заводу.

image


Опечаленный, я ходил с никчемным, как мне тогда казалось, оплывшим животом и не знал, что делать. Постепенно я стал замечать, что мое пивное пузо привлекает некоторых девушек. В результате долгих наблюдений я пришел к выводу, что мудрый Господь, как всегда, все спланировал — не всем нравятся идеальные парни с идеальными телами: некоторые текут от дрищей, некоторые — от толстяков, некоторые — от алкашей или наркоманов, а некоторые — от садистов, которые лупят их по головам. Кого женщины не любят — так это посредственностей (хотя, уверен, и для них уготована такая же посредственная вагина). Так вот, оставшись с пивным пузом, я решил развивать образ алкоголика и тунеядца. Разумеется, спиваться я не собирался: зависимость, вред для здоровья и куча потраченных впустую средств и часов жизни! На фиг это! Я решил пойти простым путем. Записался в клинику подороже, на этот раз — в Уфе, и мне там в живот закачали пару литров силикона. Получилось довольно матерое пузо, как у завсегдатая пивнухи. Но, разумеется, пузом мой образ не ограничивался. Необходимо было провести еще ряд пластических операций, чтобы походить на нормального алкаша.

Одутловатость лица мне сделали при помощи ботокса, им же мне надули мешки под глазами. Я никогда не курил, а потому пришлось пойти к стоматологу, который придал моим зубам желтовато-коричневый оттенок, а заодно, для пущего шика, искривил их так, что моя челюсть стала напоминать покосившийся деревенский забор.

Вы удивитесь, но бодимодификация сработала. Видимо, у каждой второй девушки в России батя является пузатым алкоголиком, а ведь именно отец формирует образ будущего мужа. Плюс у наших женщин силен материнский инстинкт: им хочется кого-то спасать, перевоспитывать, вытаскивать из трясины. И здесь мой образ был как нельзя кстати, тем более что “спасение” из трясины алкоголизма давалось без проблем. 


Купаясь в женском внимании, я не забывал прокачивать свой образ: с каждым годом пузо приходилось увеличивать все больше, мешки под глазами делать все темнее, а пьяные выходки — все безумнее. Пару раз, чтобы взять передышку, я ложился в реабилитационную клинику, где отдыхал от внимания назойливых  “спасительниц” и имитации пьяных выходок. 


Профессию мне в итоге пришлось выбрать соответствующую. Я пошел учиться на филфак. Но потом вдруг понял, что настоящий алкоголик, тот безумный и пьяный Данила, которого я изображаю, никогда не закончил бы университет. Мне нужен был трагический излом в биографии. В итоге я с трудом добился отчисления из универа и отправился на два года в армию. Я подумывал, что тюрьма может стать неплохим штрихом, но все же выбрал армию, хотя на тот момент престиж зэка и солдата были примерно на одном уровне. 

На медкомиссии врачи подивились моей страсти к бодимодификации и даже положили на месяц в дурку — для обследования, но в результате все же признали меня годным к несению воинской службы.

После службы жизнь моя разлетелась на куски! Ни образования, ни работы, ни квартиры. Я был идеальным алкоголиком, бабы цеплялись за мой член, как пираньи в аквариуме!

Всем им я врал, что я на самом деле сильно пьющий литератор с трагической судьбой, хотя за душой у меня не было ни одной строчки. Но всем было плевать, что я там пишу. Всем, кроме одной, которая умоляла меня показать, что же я там сочиняю. В итоге, чтобы сохранить свою легенду, за ночь я накатал 200-страничную ахинею — без начала, конца и даже названия. Своей подруге я сказал, что это мой пока еще не совсем готовый роман, что я, мол, до сих пор над ним работаю, а поэтому не хотел показывать. К сожалению, мое вранье прокатило — и мой недоработанный роман подруге понравился. Но беда не приходит одна: моя деваха оказалась председателем местного клуба литераторов! Она потащила эти 200 страниц чепухи своим корешам — и они страсть как захотели со мной встретиться! Разбору моей горячечной белиберды было посвящено целое собрание! Они все прочитали этот бред. Каждый норовил высказаться. Кто-то разносил мою писанину в пух и прах, кто-то же, напротив, превозносил мой гений до небес и плакал от счастья, что живет со мной в одно время. Но это не главное. Главное, что завершилось собрание всеобщей попойкой. Пожилые литераторы гоняли молодых за водкой. А бабы, в основном поэтессы, цедили вино, хотя по их рожам было видно, что после вина они примутся за дармовую водяру.

Как вы помните, я не собирался топить рассудок в алкоголе, и за всю свою жизнь употребил, может быть, две-три бутылки пива, а значит, оставаться на этой попойке для меня было рискованно.

Увы, моя подруга уболтала меня остаться, поскольку все, мол, только ради меня собрались и нехорошо обижать этих блаженных. Раскрасневшаяся молодежь прибежала с водкой, отдала копейки сдачи старикам — и пьянка началась. Какой-то старый хер начал говорить прекраснодушный тост в мою честь, а я держал перед собой проклятую стопку с вонючей водкой и думал, как бы не заблевать всю эту почтеннейшую публику. Когда пришла пора пить, я изо всех сил выдохнул, влил в себя мерзкую жидкость и моментально превратился в один напряженный мускул, потому что водка начала вырываться наружу вместе с желудком и прочими внутренностями. Меня выворачивало наизнанку от этой мерзости, но мне удалось усмирить рвоту. Теперь меня лишь слегка подташнивало. И голова начала кружиться. 

Между первой и второй, как известно, перерывчик небольшой. Мне снова налили. Теперь какой-то другой хрен говорил тост. Вторая стопка пошла еще тяжелее. Простите, что рассказываю вам такие мерзости. После второй стопки из желудка в рот у меня поднялся комок рвоты, пару секунд я сидел, надув щеки и раздумывая: сплюнуть мне все это под стол или попробовать проглотить. Поняв, что незаметно сплюнуть не получится, я нечеловеческим усилием воли проглотил набравшуюся рвоту. От напряжения на моем лбу выступил холодный пот. Я понял, что третья стопка выдаст меня, я обязательно сблюю, а значит, буду разоблачен и опозорен на веки вечные! Пришлось брать быка за рога! За мной уже ходила слава скандалиста и хулигана, но не в литературных кругах — я все больше актерствовал в клубах, куда ходил снимать девок. Теперь надо было показать класс местной интеллигенции.

Третий тост доверили произносить мне. Нарочито покачиваясь, кося глазами и еле шевеля языком, я встал, взял стопку, назвал всех бездарями и мудаками, плеснул самому почтенному и пузатому литератору водку в лицо и пинком перевернул стол, содержимое которого повалилось на сидевшую напротив меня рыжую конопатую поэтессу.

Сразу же двое молодых писателей схватили меня за руки, а облитый водкой пузан двинулся на меня. Ногой я треснул его в солнечное сплетение, от чего тот скрючился на полу и принялся умирать. Бездарные молодые писатели схватили меня не за руки, а за рукава пиджака, из которого я тут же выскользнул, схватил стул и ткнул одного их них ножкой в область усов. Он забился в угол, зажал рот рукой, сквозь пальцы заструилась кровь. Другой литератор начал пятиться, держа в руках мой пиджак. Картина напоминала корриду: этот дебил отступает и закрывается от меня пиджаком, как тореадор со своей тряпкой, а я же, словно бык, целю в него ножками стула. Не знаю, чем бы это все закончилось, если бы подлый, скрывающий лысину под уродским зачесом фельетонист не огрел меня чем-то по затылку. Очнулся я больнице весь в синяках и ссадинах.

Видимо, после того как я был вероломно повержен, богема еще долго пинала мое бездыханное тело. Все это сборище графоманов я потом сдал ментам, обвинив их в избиении, а также организации притона на территории библиотеки под видом клуба литераторов. До суда дело так и не дошло из-за каких-то подозрительных  бюрократических проволочек. Да и черт c ними. 

Синтоловые инъекции нон-стоп!

💉💉💉
Данила Блюз
12 December 2017
8K

© 2018 This Is Media

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ( Роскомнадзор ) 20.07.2017 за номером ЭЛ №ФС77-70378

Для лиц старше 18 лет