thisis media
article-img
HANDJOB  
05/02

Чем “Ласковый май” отличается от эмо-рэпа

Почему раньше кумиры подростков пытались вызвать жалость, а сегодня — лишь ненависть

Олег Кармунин
05 February 2018
11K

Раньше у кумиров подростков всегда была жалостливая история. Хрестоматийный пример — “Ласковый май”. Группы и не состоялось бы, не будь ее участники детдомовцами. Какая школьница не хочет прижать к груди несчастного мальчика, от которого отказались родители? Особенно симпатичного, с жалобным голоском. Вариант беспроигрышный, а результат — 13 концертов подряд в “Олимпийском” в 1990 году. Сегодня такое не снится никому.

Принцип всем стал понятен. Нужна легенда.

Главное правило легенды попсы — подросток должен жалеть артиста или видеть в нем человека, близкого по духу. “У него такие же проблемы, как у меня!”

“Мой вид из окна напоминает тюрьму”, — пел золотой ребенок и главный мажор русского рэпа Децл в песне “Слезы”. Произведение — от лица типичного подростка, который получает двойки в школе, проигрывает последние деньги в компьютерном клубе и страдает из-за того, что ушла девушка. Однако Децл был не совсем типичным подростком, но правила попсы вынуждали его вызывать жалость у аудитории. Децл не мог спеть: “У меня куча бабла, я живу в центре Москвы, а вы подыхаете в панельной девятиэтажке и никогда не станете таким, как я”. Современники его не поняли бы.

Или вот история. Как-то раз музыкальным журналистам пришел пресс-релиз примерно такого содержания:

"Школьники из Самары организовали группу. Им было негде репетировать, пришлось занять родительский гараж. Притащили туда аппаратуру из школьного радиоузла, начали записывать песни, а студию свою назвали “Квартира Без Родителей Рекордз”. У каждого музыканта была кличка: Глюкоза, Японец, Хевик, Градусник и Мальвина."

Какие милые дети!

Примерно такой текст пиарщики Максима Фадеева рассылали журналистам перед выходом клипа Глюкозы "Ненавижу". Никаких ребят не было. Никакой группы не было, даже Наташа Ионова еще не появилась на горизонте. Были песни, спетые гнусавым голосом, и задание — придумать под них историю. Трогательно, правда?

Или вот еще один выкормыш Фадеева — Ворон. Парень с густо накрашенными глазами в духе субкультуры эмо. В 2008 году он пел грустные песни про любовь и кровь. Тогда мода такая была, но пиарщикам было недостаточно мрачного имиджа.

Писали, что он пережил страшную автокатастрофу, клиническую смерть, познал бренность бытия и после этого стал творить.

"Леонид, начинающий певец, поэт и художник, приглашен в Москву знаменитым продюсером Максом Фадеевым. В разгар съемок своего первого клипа на песню под названием “Я хочу быть с тобой” юноша попадает в аварию и лишается памяти. Теперь все свои переживания Леонид выражает в творчестве: в стихах, рисунках он отражает внутреннее состояние" (из пресс-релиза Леонида Ворона).

Короче, вы поняли: раньше все кумиры подростков хотели вызвать жалость и быть как можно ближе к публике. Их имидж во многом был построен на тяжелой судьбе простого человека из глубинки, чтобы миллионы людей могли узнать в них себя. Это цепляло.

Сегодня работают другие законы. Вот слушаю я юношу по имени Lizer. Человек из ниоткуда, собравший больше лайков в соцсети “ВКонтакте”, чем какой-нибудь современный музыкант. И вот что он поет: "Когда ты смотришь в небо, я одна из тех звезд. Детка, я — звезда, посмотри же, кем я стал, я вижу зависть в их глазах".

Погоди, чувак. Ты кто? Какого черта я должен испытывать к тебе зависть? Оцените масштаб явления — артист без имени выпускает первый альбом, открывающая песня которого называется “Звезда”. Разве так можно делать? Ты сначала стань хоть кем-нибудь, гад! Вот Юра Шатунов до сих пор поет про то, как шипы роз колют ему пальцы до крови.

Еще один герой подросткового рэпа — Thrill Pill — заявил о себе осенью хулиганским клипом “Я — не ребенок, я уже взрослый”. В кадре молодой человек прыгает по квартире, размахивая волосами. Режиссер подарил главному герою все атрибуты успеха: он пьет алкоголь, приобнимает девушку, а друзья одобрительно качают головами под его читку. Это полный антипод децловских “Слез”. Если герой поколения 2000-х переживал из-за плохих оценок в школе, то современный кумир не стесняется сказать: “В школе я учился очень плохо. **** [на фиг] учебу, дайте мне водку”.

Главный кумир подростков сегодня — рэпер Фейс. Если вы бывали на его концертах, то знаете, что они по уровню оптимизма напоминают курс “Бизнес молодости”. "Не надо быть грустными, не надо быть серьезными. Жизнь — это веселая штука на самом деле. Воспринимайте жизнь как GTA", — говорит он между песнями. Толпа в восторге. Тысячи школьников смотрят на позитивного парнишу, который взял американский эмо-рэп и добавил ему русскую удаль. В каждом интервью Фейс широко улыбается. И чем больше хейта вокруг, тем шире его улыбка.

Сегодня подростковая музыка захлебывается от позитива и осознания собственной важности.

Почему все так поменялось?

На это у меня есть два варианта ответа, выбирайте, какой вам ближе.


Первый

Раньше музыку контролировали продюсеры, а у этих людей довольно странное представление о том, что должно нравиться населению. Продюсеры всегда пичкали народ невероятным шлаком, а потом, после тяжелого трудового дня, садились в свои тонированные BMW и включали Massive Attack. Они объясняли наличие в эфире самого помойного треша словами: “Мы что, виноваты? Народ слушает”. До последнего времени было непонятно, что появилось раньше — курица или яйцо. То есть продюсеры навязали нам плохую музыку или мы сами захотели ее слушать. Сейчас, когда в чартах лидирует хорошая песня “Тает лед”, становится ясно — навязали.

Поэтому здесь ответ простой: считалось, что подросткам нужно продавать грустную музыку, но сами подростки лайком и рублем выбрали себе позитивных исполнителей. Они больше не хотят слушать, как ушла девчонка. Ушла — и плевать. Пляшем.

Второй

Подростковая музыка прошлого писалась, когда в России была тяжелая экономическая ситуация. Как тут не ныть, когда в холодильнике нет ничего, кроме яиц, а по телевизору круглосуточно показывают убийства? Грустная музыка ложилась на душу. В животе урчит, батарея не греет, мама ушла стоять в очереди за курткой, а парень бросил. Никакой стабильности.

Зато современные подростковые рэперы родились при Путине и выросли во времена высоких цен на нефть. Им море по колено. Они пользуются соцсетями лучше любого SMM-щика и знают, что прославиться на YouTube можно за один день. Надо только написать текст похамоватее, добавить туда побольше мата, и чтобы бит качал. “Я — звезда, детка” — так может сказать каждый современный подросток. Причин грустить нет.

А объединяет оба варианта один тезис: жить в России стало лучше.


Слава богу.

Больше историй о русской музыке

на канале "Русский шаффл"
Олег Кармунин
05 February 2018
11K

© 2018 This Is Media

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ( Роскомнадзор ) 20.07.2017 за номером ЭЛ №ФС77-70378

Для лиц старше 18 лет