article-img
CULTURE  
25/05

Putin prize

Черная магия Пулитцеровской премии

3K

Недавно в Колумбийском университете прошла церемония вручения Пулитцеровской премии. В номинации “Международная журналистика” приз, предсказуемо, достался серии статей The New York Times Russia's Dark Arts. Иными словами, циклу о черной магии Кремля. О ботах и троллях, Fancy Bear, фейковых новостях, русских хакерах и Джулианах Ассанджах в погонах, ФСБ и ГРУ, о Путине-властелине и Трампе-марионетке.

Цикл о темных искусствах Путина — это концентрированное выражение всего того, чем нас усиленно кормили весь прошедший год, то есть осатанелой пропаганды под видом журналистских расследований.


Путин против Финляндии

Вот, скажем, “прохладная” история от 30 мая 2016 года.О Финляндии.

Краткий пересказ. Финская журналистка расследовала деятельность “фабрики троллей” в Ольгино, о которой любят рассказывать российские оппозиционные медиа. Ну да, она не в курсе, что и в Москве, и в Петербурге — миллион офисов, где можно сидеть и писать комментарии за деньги в свободное от уроков время. Можно в поддержку Путина, можно в поддержку “Яндекс.Такси”. Для нее, как и для некоторых западных “журналистов-расследователей” тролли, фейки и прочие “85-рублевые” комментаторы — это работники зловещих и таинственных подземных лабораторий. В них тысячи специалистов высокого класса по заданию разведки придумывают и применяют самые изощренные технологии информационной войны.

Смелая журналистка по имени Джессика Аро, выходя к людям со своим расследованием, думала, что они проникнутся, оценят, а на нее вместо этого фотожабу нарисовали. Сняли издевательский видеоролик. 

Кроме того, обнаружили, что в 2004 году суд оштрафовал Джессику на 300 евро за употребление амфетамина. Извергам и этого показалась мало: они нашли и выставили на всеобщее обозрение фото, где Аро зажигает на танцполе в ночном клубе. Стали обзывать женщину драгдилером, ну и, конечно, “тупой натовской шл*хой” — куда без этого. 

Вообще, документально уличить человека, специализирующегосся на разоблачении заговоров иностранных разведок, в злоупотреблении стимуляторами — это безусловная победа. После этого высказывания Аро о том, что “тролли забираются тебе в голову, и ты не можешь перестать думать о том, как они отреагируют на твой следующий шаг” начинают играть новыми красками.


И вот The New York Times рассказывает душераздирающую историю борьбы Джессики Аро, дает небольшой бэкграунд о расстановке общественных сил в Финляндии (“НАТО — не НАТО, пророссийские активисты, кремлевские аналитики, продажные газетенки”), берет пару комментариев у экспертов и делает вывод о том, что Финляндия Путину очень важна и что Путин активно вкладывается в финское общественное мнение. Вот тебе и история на Пулитцеровскую премию! В решении комитета так и сказано — “за репортажи о том, как Кремль расширяет свое внешнеполитическое влияние”.


image


Вчерашние новости послезавтра

Нет ничего страшного в том, чтобы быть против Путина. Страшно — выдавать довольно поверхностный дайджест российской оппозиционной прессы, сдобренный мнениями из соцсетей и комментариями правозащитников, за ценный журналистский материал. Это, конечно, здорово, что The New York Times рассказала американским читателям о том, чем дышат российская и финская блогосферы, правильно расставила акценты и нанесла ряд резких ударов по трампизму-путинизму, но от лауреата самой престижной журналистской премии ждешь чего-то большего. Как минимум того, что “реальность”, которую предлагают журналисты, хоть в чем-то будет отличаться от последнего сезона сериала “Родина”.

Есть же нормальные антипутинские расследования: об устричной ферме, Екатерине Тихоновой, да хотя бы о яхте Сечина и кроссовках Медведева. Люди же действительно постарались, какими-то своими хитрыми способами выяснили нечто такое, чего общественность раньше не знала. Это, конечно, не так масштабно и впечатляюще, как разговоры о кибервойсках русского мира. Но именно это и принято называть журналистикой в полном смысле слова.

Наверное, все дело в том, что Пулитцеровская премия — в большей степени литературный и идеологический приз. Ее дают не за цифры и факты, которые добываются под пулями, в женском платье, через границу, а скорее за интересные истории, за конструирование больших и красивых мифов, за создание новых миров, в которые будут вовлечены миллионы читателей, писателей, политиков, за отладку мощных и надежных культурных машин, способных генерировать новые смыслы. 


Вспоминается последний сезон сериала “Прослушка”, в котором главред старой закалки вступает в конфликт с молодым модным репортером, пишущим цикл материалов о бомжах. У него одна история лучше другой! Редактор уверен, что большая часть сюжетов вымышленная, находит этому неопровержимые доказательства и предъявляет их инвесторам. Только вот уйти из газеты приходится именно ему. Потому что издание собирается получить Пулитцеровскую премию, а факты о бомжах никому не нужны. 

 

История, за которую дали премию The New York Times — в диккенсовском духе. Только не о бомжах, а о русских хакерах.


© 2018 This Is Media

Издание «ThisIsMedia» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций ( Роскомнадзор ) 20.07.2017 за номером ЭЛ №ФС77-70378   Учредитель: ООО "ОрденФеликса", Главный редактор: Суслопаров С. А.

Для лиц старше 18 лет